Пруф dan repost
Александр Габуев в своей статье для The Financial Times фиксирует важный сдвиг в динамике украинского конфликта: инициатива постепенно смещается к Кремлю.
Автор утверждает, что Владимир Путин сумел убедить Дональда Трампа отказаться от стратегии немедленного прекращения огня и согласовать подход, при котором дипломатия и боевые действия будут идти параллельно. Такой сценарий выгоден Москве, поскольку дает ей пространство для маневра и усиливает контроль над процессом переговоров, а Трамп фактически становится частью кремлевской стратегии — даже если сам этого не осознает.
Основная ставка Кремля, по Габуеву, — изматывание Украины. Путин рассчитывает затянуть переговоры, усиливая военное давление, чтобы диктовать условия будущего урегулирования.
Автор отмечает три ключевых фактора, которые подпитывают уверенность Кремля:
▪️Экономическая устойчивость — несмотря на падение доходов, перераспределение бюджета позволяет России финансировать войну минимум 12–18 месяцев.
▪️Поддержка Китая и Индии — Москва сохраняет стратегические тылы и устойчивость к западным санкциям благодаря альтернативным каналам торговли и ресурсам.
▪️Перелом на фронте — прорыв в районе Покровска и рост производства беспилотников создают для Киева все более тяжелые условия, усиливая дефицит живой силы и ресурсов. Однако за этой картиной военного преимущества кроется более тонкая политическая игра.
▪️Переговоры становятся инструментом давления, а не поиска компромисса. Чем дольше они продолжаются, тем выше вероятность, что западная поддержка Украины начнет ослабевать, а европейские столицы окажутся перед фактом, что им придется платить всё более высокую цену — экономическую, политическую и социальную. Кремль, в свою очередь, рассчитывает, что растущая усталость Европы и разногласия внутри НАТО сделают позицию Киева уязвимой.
Суть статьи Габуева в том, что конфликт входит в фазу управляемой неопределенности.
США стремятся продемонстрировать свою дипломатическую роль, но сами становятся элементом российской стратегии; Европа теряет маневренность, поскольку не имеет ресурсов для самостоятельной игры; Украина всё больше оказывается заложником внешних решений. Если логика Кремля верна, ближайшие месяцы станут моментом проверки на прочность для западной коалиции. Либо союзники согласятся на тактические уступки Москве ради фиксации новой реальности, либо их ждет затяжная война, которая будет постепенно менять саму архитектуру безопасности Европы.
Автор утверждает, что Владимир Путин сумел убедить Дональда Трампа отказаться от стратегии немедленного прекращения огня и согласовать подход, при котором дипломатия и боевые действия будут идти параллельно. Такой сценарий выгоден Москве, поскольку дает ей пространство для маневра и усиливает контроль над процессом переговоров, а Трамп фактически становится частью кремлевской стратегии — даже если сам этого не осознает.
Основная ставка Кремля, по Габуеву, — изматывание Украины. Путин рассчитывает затянуть переговоры, усиливая военное давление, чтобы диктовать условия будущего урегулирования.
Автор отмечает три ключевых фактора, которые подпитывают уверенность Кремля:
▪️Экономическая устойчивость — несмотря на падение доходов, перераспределение бюджета позволяет России финансировать войну минимум 12–18 месяцев.
▪️Поддержка Китая и Индии — Москва сохраняет стратегические тылы и устойчивость к западным санкциям благодаря альтернативным каналам торговли и ресурсам.
▪️Перелом на фронте — прорыв в районе Покровска и рост производства беспилотников создают для Киева все более тяжелые условия, усиливая дефицит живой силы и ресурсов. Однако за этой картиной военного преимущества кроется более тонкая политическая игра.
▪️Переговоры становятся инструментом давления, а не поиска компромисса. Чем дольше они продолжаются, тем выше вероятность, что западная поддержка Украины начнет ослабевать, а европейские столицы окажутся перед фактом, что им придется платить всё более высокую цену — экономическую, политическую и социальную. Кремль, в свою очередь, рассчитывает, что растущая усталость Европы и разногласия внутри НАТО сделают позицию Киева уязвимой.
Суть статьи Габуева в том, что конфликт входит в фазу управляемой неопределенности.
США стремятся продемонстрировать свою дипломатическую роль, но сами становятся элементом российской стратегии; Европа теряет маневренность, поскольку не имеет ресурсов для самостоятельной игры; Украина всё больше оказывается заложником внешних решений. Если логика Кремля верна, ближайшие месяцы станут моментом проверки на прочность для западной коалиции. Либо союзники согласятся на тактические уступки Москве ради фиксации новой реальности, либо их ждет затяжная война, которая будет постепенно менять саму архитектуру безопасности Европы.