Николоз на связи 🤌

Друзья, хочу поделиться с вами новой главой моей жизни в США.

Новая страничка, новый этап, новый раздел моей американской истории — это моя новая работа.

Я понимаю, что в последнее время редко появляюсь в нашем чате и канале, которые изначально были посвящены моей жизни, эмиграции и пути в США. Вы уж простите меня. Америка — это страна, где каждая минута твоей жизни бесценна. И это время хочется потратить либо на работу, либо на себя, либо на семью.

Но я знаю, что многие из вас наблюдают за мной уже давно — ещё с момента моей эмиграции в Англию. Поэтому, возможно, вам будет интересно посмотреть новый выпуск, в котором я рассказал о своей новой жизни и новой работе в США.

Как вы знаете, у меня забрали CDL. Проще говоря, я больше не могу управлять коммерческой техникой. Но что же теперь — отчаиваться?

У нас не забрали жизнь.
У нас не забрали душу.
А значит — двигаемся дальше.

В сегодняшнем выпуске я рассказал о своей новой работе, о жизни после трака и о том, как начинается новый этап моей жизни в Америке.

Кому интересно — милости прошу к просмотру.
Приятного просмотра, друзья.

Ровно 42 года назад, 2 апреля, примерно в 8:30 утра, моя мама подарила мне жизнь. Жизнь, которую я проживаю до сих пор. Жизнь непростую, насыщенную, местами болезненную, местами счастливую, но точно настоящую.

И чем старше я становлюсь, тем яснее понимаю одну очень важную вещь: самый главный актив, которым я владею на сегодняшний день, — это моя семья.

Можно много говорить о деньгах, достижениях, статусе, целях, амбициях. Можно бесконечно гнаться за чем-то, доказывать, строить, терять, снова строить. Но если ты жив и здоров, если живы и здоровы твои близкие, если рядом есть семья — значит, у тебя уже есть самое главное. Всё остальное, по большому счёту, — суета.

Нет ничего важнее, чем твоя семья.
Нет ничего важнее, чем здоровье — твоё и твоих родных.
Нет ничего важнее, чем возможность быть рядом, любить, обнимать, поддерживать, проживать эту жизнь вместе.

Для меня это не просто красивые слова. Для меня семья — это огромная ценность. Наверное, ещё и потому, что сам я рос в неполной семье и хорошо знаю, каково это — быть сыном без отца. Это больно. И эта боль остаётся с человеком. Поэтому сегодня, уже с высоты своих лет, я особенно ясно понимаю, насколько важно не просто существовать, а строить полноценную семью, быть в ней, беречь её и не предавать её ценность.

И да, сегодня я могу с уверенностью сказать: я счастлив.
Счастлив иметь возможность жить.
Счастлив проживать эту жизнь.
Счастлив проводить её рядом со своей семьёй.

И за это я благодарен Богу.
За жизнь.
За опыт.
За людей рядом.
За всё, что у меня есть.

Я могу вам не нравиться. Вы можете злиться, спорить, осуждать меня, писать хейт и плеваться от моих слов. Это нормально. Я не обязан быть удобным человеком для всех.

Но это моя жизнь. Мой путь. Мой опыт. Мои ошибки, мои выводы и мои чувства.

Я не живу ради чужого одобрения. Я не прошу разрешения, чтобы говорить о том, что вижу, чувствую и через что прохожу. Я просто делюсь своим опытом — честно, как есть. И если кому-то он поможет, значит, все это не зря.

И при всем этом я благодарен каждому, кто со мной, кто поддерживает, кто пишет теплые слова, кто слышит смысл, а не только эмоцию.

Спасибо вам за поддержку, за комментарии и за то, что вы рядом.

РЕБЯТ… НУ ЧТО.
НАЧАЛСЯ ТРЕТИЙ ГОД В АМЕРИКЕ.

И сказать, что я в а***е — это ничего не сказать.

Я вроде всё сделал правильно.
Создал свою компанию, сейчас работает пять юнитов.

И при этом я вынужден красить стены за 20 долларов в час.
По факту сейчас я просто работаю за 800 долларов в неделю, чтобы покормить свою семью.

Больно?

ДА, БЬ, БОЛЬНО.*


И сейчас я хватаюсь за любую работу, чтобы держаться на плаву.

Я знаю, многие скажут:
«А МЫ ГОВОРИЛИ»
«А ЧЕГО ТЫ ЖДАЛ»

Честно? Мне уже абсолютно нть* на осуждение.

Я сам выбрал этот путь.

Но мне обидно, когда люди, которые живут здесь 20 лет, начинают рассказывать, что мы понаехали и забираем у них хлеб.

С***, какой хлеб?

Когда ты вложил больше 100 000 долларов,
вкалываешь без остановки
и при этом не знаешь, чем кормить семью через неделю.

Я сейчас берусь за любую работу.
И свою гордость давно засунул куда подальше.

И знаете, что я понял к своим 41 годам?

ВСЕМ НА ТЕБЯ НАТЬ.*

Кроме твоей семьи.

Ни друзья.
Ни знакомые.

Когда у тебя всё хорошо —
они завидуют.

Когда плохо —
они ржут.

Но сдаюсь ли я?

НЕТ.

Потому что у меня нет права сдаться.

У меня есть сын.
Ему 11 лет.

И знаете, что для меня самое сильное?

Когда он подходит ко мне, достаёт из копилки 300–400 долларов и говорит:

— Пап, я хочу тебе помочь.

Ребёнок. 11 лет.
Он уехал из Харькова, из страны, где война.

И у него иногда больше сострадания и понимания, чем у некоторых взрослых.

Я им горжусь.

И я очень хочу избавить его от этой нестабильности.
Потому что у него здесь уже есть друзья, и ему нравится Америка.

Да, нам — первому поколению мигрантов — будет чёртовски тяжело.

Справимся ли мы?

Не знаю.

Но одно понимаю точно.

Очень тяжело жить в мире,
где среди своих столько злости и грязи,
и люди так легко кидают камни в тех,
кто проходит тот же путь, что и он