𝐶𝑎𝑠𝑝𝑒𝑟 | По ту сторону¹⁸⁺👻

😇🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🖤🖤🖤

Она опустилась на лавочку, прикасаясь лбом к доскам, смачивая их своими слезами. А перед глазами начали проноситься уже другие воспоминания, воспоминания о том, что изменило всю её жизнь…

Гермиона Грейнджер была истинным ангелом. Все называли её небесным святилищем, а Боженька любил её больше всех и считал чуть ли не своей дочерью, которой он никогда не мог отказать. Это знали все, и она тоже, поэтому в один из дней пришла с просьбой, которая его разгневала, но он всё равно не смог отказать.

— Гермиона, я тебе уже всё сказал, я не сделаю этого! — громко произнёс Бог, поднимаясь со своего трона.

— Ну пожалуйста, отец. Я его так люблю и хочу быть рядом, — молила девушка, стоя перед ним на коленях, наклонив голову.

— Но он тебя даже не знает, — воскликнул мужчина, подходя к ней ближе.

— Так сделай меня человеком, и он узнает. Узнает и полюбит, — отчаянно ответила девушка.

— А если он не полюбит? — уже тише спросил он, поднимая её голову за подбородок. — Если он отвергнет? Пути назад и возможности вернуться на небеса не будет… ты останешься на земле одна и больше никогда никого не полюбишь. Ты готова к такому?

— Я стану той, кого он полюбит, сделаю для этого всё, — слишком пылко ответила девушка. — Пожалуйста, отец. Я действительно хочу этого…

— Та жизнь, которую ты проживёшь, будет преследовать тебя во всех последующих. Если он тебя бросит, это будет происходить в каждой жизни, и ты больше никогда не сможешь никого полюбить. Никогда — это значит действительно никогда, ни в одной из жизней. И ты больше никогда не сможешь стать ангелом… тебе придётся раз за разом проходить человеческую жизнь, — пытался отговорить её Бог.

— Он меня полюбит, и каждая наша жизнь будет прекрасней предыдущей, — искренне говорила Гермиона.

— Дура, — прошептала девушка, ударив кулаком по дереву.

Она всё ещё помнила ту боль от потери крыльев. Они были частью её вечной жизни, но она смогла отказаться от них ради человека, который даже не догадывался о её существовании.

Лишиться крыльев — значит пройти через пытку. Ей казалось, что её убивают раз за разом, когда крылья миллиметр за миллиметром отрывались от её спины. Она громко кричала, не в силах терпеть ту боль. Громко рыдала и билась в конвульсиях. Ей казалось, что её заживо режут ножом… не одним, а сразу несколькими. Её тело горело в агонии, которую никто не мог остановить.

Подняв голову вверх, она увидела слёзы, что текли по щекам ангелов и Бога. Они плакали по потере коллеги, подруги, сестры… и дочери. В тот день Бог действительно словно потерял родную дочь, девочку, которую он растил полностью сам, ту, в ком он видел своё продолжение. Но она влюбилась в смертного мальчишку, который даже узнав её — не ценил. Он принёс ей боль, а Бог не мог ничего сделать.

Небесные законы были придуманы им же и не просто так. И как бы он ни хотел, он не мог их нарушить. Ему оставалось лишь с болью в глазах смотреть, как корчится от боли его дочь.

Гермиона поднялась с лавочки и, покачиваясь на каблуках, направилась к реке… Она шла к ней часы, с одним намерением… Она пережила боль от потери крыльев, но только почувствовав предательство, поняла, что не хочет такой жизни и вообще не хочет жить на земле. Лучше она умрёт и вымолит проходить наказание в аду. Пусть её каждый день избивают разгорячённой плетью, но даже это будет легче пережить, чем из жизни в жизнь оставаться преданной человеком, которого безумно любит.

Она остановилась перед речкой, видя, как она волнуется и расходится в больших волнах. Больше не было страха… Она вошла в воду лишь с одинокой слезой, что скатилась по лицу, прежде чем её полностью не поглотила вода…

Это должна была быть просто зарисовка навеянная грустными песнями и осенней хандрой, но я решила, что её можно вписать в челлендж от прекрасной Даши))

#writober_2026
#зарисовка_dr

😇🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🖤🖤🖤

Не разбирая дороги, она добежала до небольшого парка на территории церкви. Она села на лавку, сгибаясь и пряча лицо в ладонях. Гермиона громко зарыдала, не волнуясь, что кто-то может увидеть. Теперь ей было плевать. Её предал человек, которого она безумно любила. У горла стоял ком, царапая его и позволяя лишь хриплым всхлипам вырываться наружу… Сердце в груди больно сжималось, что его хотелось просто вырвать оттуда и выбросить…

Она отдала всё, что у неё было, ради Драко, ради его любви, а в итоге осталась без ничего. Она потеряла свою семью из-за любви, но и эта любовь её предала. А её ведь предупреждали…

Гермиона громко рыдала, утирая слёзы руками, видя, как перед глазами проносятся картинки её будней с Драко. Вот он приглашает её на свидание, прижимает к себе в лёгких объятиях, впервые целует… его губы всегда были такими мягкими и сладкими, словно мёд… вот он приобнимает её за талию, прижимая к себе в компании друзей, смеётся над какой-то шуткой, закидывая голову назад, и всё это не отпуская её.

Как человек, который сделал для тебя столько и смотрел таким взглядом, мог в итоге так предать?

— Потому что люди не святые, все они грешные создания и предавать для них в рамках обычного. Они предают себя, свои чувства и других ради выгоды… — рядом раздался хриплый мужской голос.

Гермиона отняла руки от лица и подняла голову. Рядом с ней сидел мужчина с седыми волосами и бородой. Она могла бы испугаться, но его глаза его выдавали… Этот человек… не совсем верно, но всё же когда-то ей очень помогал. Он был её семьёй.

— Боже… — прохрипела она осипшим голосом.

— Говорил же я тебе, что никакая любовь не стоит того, чтобы лишаться крыльев, мой ангел, — по-отечески добро произнёс он, кладя свою тёплую руку ей на спину.

Гермиона чувствовала, как от его слов её глаза начинают жечься и на них проступают новые слёзы… Кажется, только сейчас к ней приходило осознание совершённого… она поступила настолько опрометчиво, а сейчас нельзя было уже ничего изменить.

— Это никак не исправить? — пустым голосом спросила она. И пусть она знала, какой ответ её ждёт, всё равно не могла не спросить.

— Ангелок мой, разбитое сердце можно склеить и даже начать жить по-новому, а вот оторванные крылья уже не пришить… Падший ангел не может вернуться на небеса, даже если ушёл оттуда по своему желанию.

— И что же мне теперь делать… я же тут чужая… у меня нет никого, и я никому не нужна… что мне тут делать, — отчаянно шептала Гермиона, уже не стирая слёз, что струились по лицу и скатывались по подбородку. — Как мне теперь быть?...

— Ну что же ты, милая моя… ты знала, какие тебя ждут последствия, и всё равно согласилась.

Девушка словно онемела: она то открывала, то закрывала рот, ничего не произнося. Она знала, на что сама соглашалась, но сейчас, когда её сердце разлетелось на кусочки, она не могла принять такого исхода событий.

— Но вы же можете мне хоть как-то помочь? Пожалуйста… я знаю, что не имею больше права просить, но мне так больно, я так не могу… боль от потери крыльев я хотя бы как-то могла заглушить, но эту не могу…. пожалуйста, — молила она, сложив руки вместе.

— Нету той боли, что нельзя пережить, но именно эта боль делает нас теми, кем мы есть. Ты это переживёшь и сможешь двигаться дальше, — твердил мужчина, поглаживая её плечо, но с каждой секундой его прикосновения становились всё мягче и менее ощутимыми… скоро он должен исчезнуть.

— Но я больше никогда не смогу полюбить?... — слишком быстро и отчаянно сорвалось с её губ, прежде чем она успела подумать.

— Ангелы любят один раз и на всю жизнь, ты это знала, милая, — прошептал мужчина, окончательно растворяясь в воздухе.

Теперь место рядом с ней не занимал никто, лишь тепло досок доказывало, что тут действительно кто-то был, а не просто ей привиделся.

#writober_2026
#зарисовка_dr

😇🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🖤🖤🖤

"Последствия"

Весело подпрыгивая, Гермиона вышла из лифта в небоскрёбе, придерживая в руках коробочку с тортом. Сегодня у её парня был день рождения, точнее, он настанет буквально через пару минут, и она хотела быть той, кто поздравит его самой первой — не просто по переписке, а придя лично. Она хотела, чтобы он запомнил этот день, его первый день рождения, когда они в отношениях.

Она собрала верхнюю часть волос в небольшой хвостик и завязала их белой ленточкой, в цвет её платья. Она любила белый, и Драко тоже. Он говорил, что в белом она напоминает ему ангела, что было лишь отчасти неправдой.

Гермиона тихо открыла дверь в квартиру парня, так же тихо переступая порог и заходя внутрь. Она не хотела, чтобы он услышал её раньше времени. Она так хотела его поздравить, что не заметила незнакомые ей чужие женские туфли на шпильке, а томные вздохи и стоны услышала только подойдя к комнате парня.

Она чувствовала, как быстрее забилось её сердце, а руки сильнее сжались на коробке с тортом. Гермиона тяжело втянула воздух носом, приоткрывая дверь и через тонкую щель открывая себе вид на бледную, красивую женскую спину, по которой рассыпались белые как снег волосы. Девушка ритмично подпрыгивала, а её бёдра сжимали до боли знакомые руки. Драко полулежал, опираясь о спинку кровати, и вожделенно смотрел на блондинку. Они не обращали внимания ни на кого и, кажется, совсем не боялись быть пойманными.

Не понимая зачем, Грейнджер толкнула дверь сильнее, переступая порог комнаты и привлекая к себе внимание. Блондинка шокированно обернулась к ней, замирая. Парень же приподнялся на кровати, не выглядя пойманным на месте преступления. Его руки скользнули на спину девушки, прижимая её к себе и позволяя спрятать своё лицо в его плече. Он смотрел на Гермиону, а в его глазах не было ни капли былого тепла, лишь пустота, словно она была для него никем…

— Что ты тут делаешь? — слишком холодно спросил он, пронзая её таким же холодным взглядом, от которого у неё подкашивались ноги.

— Н..но Драко… я хотела тебя поздравить… ч..что это… к..то… — едва смыкая губы, пыталась говорить девушка… Она чувствовала, как в груди кончается кислород и она словно начинает задыхаться… Торт уже давно лежал на полу, но никто не обращал на него внимания, и даже она не поняла, в какой момент он выпал.

— Ты же не думала, что я серьёзно буду с тобой? — усмехнулся Драко. — Мне не нужна простушка, без семьи и какого-либо наследия. Для меня ты просто никто, временное развлечение, — спокойно говорил он, а девушка чувствовала, как его слова словно ножи вгоняются в её сердце, заставляя его кровоточить… А больнее стало от тихого смешка девушки, что всё ещё сидела на бедрах парня…

Гермиона чувствовала, как картинка начинает расплываться, а глаза наполнялись слезами… Она не могла поверить, что с ней такое произошло… Он ведь клялся… а она отдала ради него всё… лишилась всего ради парня, который её предал… В груди больно сжалось… так сильно, что захотелось кричать… но из рта могли вырываться лишь всхлипы.

— Тебе стоит уйти и не мешать моей новой девушке поздравлять меня с днём рождения, — произнёс парень, показательно поддаваясь бёдрами вверх, зная, что Гермиона это увидит, а его «новая девушка» тихо простонала.

Грейнджер развернулась на каблуках и двинулась прочь, чувствуя, как слёзы растекаются по щекам, размазывая макияж. Ноги подкашивались на каблуках. Она ведь столько готовилась… хотела… хотела… а важно ли это уже сейчас?... Она вылетела из его квартиры, громко захлопывая дверь, так же громко, как билось её сердце.

Она судорожно нажимала на кнопку вызова лифта, размазывая по щекам тушь с солью от слёз. Не имея сил ждать эту железную коробку, она бросилась вниз по лестнице. Девушка бежала так быстро, как того позволяли туфли. Она держалась из последних сил, чтобы не упасть просто посреди дороги.

#writober_2026
#зарисовка_dr

🌹🌹🤩🤩🤩🤩🤩
🌹🌹🤩🤩
🌹🌹🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩

— Скорее всего, нападавший стоял сзади и чуть справа. Удар был сильным, но не хаотичным. Он знал, куда бить.

Она выпрямилась, стянула одну перчатку чуть ниже запястья и снова наклонилась к груди, сравнивая характер двух повреждений.

— Нож один и тот же, — продолжила Джинни уже увереннее. — И для убийства, и для звезды. Только звезду он вырезал медленнее. Будто… оставлял подпись.

На мгновение ей показалось, что в стерильной тишине кабинета стало ещё холоднее. Она выпрямилась полностью, стянула перчатки и только сейчас позволила себе посмотреть на Аду.

— Убийство быстрое. Показательное оформление… Нет. Он не ярился. Он работал.

Ада несколько секунд молчала, а потом медленно кивнула.

— Неплохо, Уизли. Продолжай в том же духе.

Джинни и Ада стояли друг напротив друга. В их взглядах словно происходил бой. Пусть женщина и признала, что Уизли молодец, она осталась сосредоточенной, словно напоминая молодой девушке, что это ещё не конец этого «испытания». Но им пришлось оторваться, когда дверь едва слышно скрипнула, а в комнату вошли Гермиона и Драко.

Гермиона первой переступила порог, привычно окидывая взглядом кабинет. За ней следом вошёл Драко. Он держался чуть позади, но достаточно близко, чтобы его присутствие ощущалось. Дверь мягко закрылась за ними, и тишина кабинета на секунду стала ещё плотнее.

— Боже мой, какие люди. Думала уж помру и не увижу тебя, — ухмыляясь, произнесла Ада, поворачивая голову на звук.

— Я тоже рада тебя видеть, дорогая, — кивнула Грейнджер, проходя к столу и останавливаясь напротив ещё открытого тела умершей девушки. Она несколько мгновений молча изучала раны, прежде чем поднять глаза. — Твоя ученица смогла увидеть что-то, что не увидела ты?

— Я точно обозначу все следы и ранения даже на ощупь в темноте, — показательно закатывая глаза, ответила Ада.

— Вообще-то я тоже здесь и могу сама ответить, — нахмурилась Джинни, складывая руки на груди и смотря на шатенку с нескрываемой злобой.

— Ты сейчас начнёшь закипать, как чайник, — вдруг рядом с девушкой послышался знакомый, глубокий голос. Она подняла голову чуть выше и замерла: за ней стоял Драко и смотрел на двух женщин холодным взглядом. Он больше не был похож на того парня, каким был вчера — лёгким и беззаботным. В нём будто что-то изменилось, и он сам стал на пару градусов холоднее.

Джинни невольно выпрямилась. Близость Малфоя за её спиной ощущалась почти физически: его предплечье почти касалось её плеча, и от этого по коже пробежал странный холодок.

— Что-то произошло? — удивлённо спросила она, чуть повернув голову в его сторону.

— Не важно, — сухо произнёс Драко. Его голос был ровным, но в нём не осталось привычной лёгкости.

— Слышала, вы ездили на место убийства. Нашли там что-то новое? — вдруг послышался вопрос Ады, и оба новобранца повернули головы к женщинам.

— Наши криминалисты так же хороши, как и ты. Все улики изначально были собраны ими, и ничего не оставили. Идеальная работа, впрочем, как и всегда, — усмехнулась Гермиона, поднимая голову от убитой.

Кажется, она и сама не заметила, как от неожиданности её зрачки расширились, а сама она на мгновение замерла. За спиной Ады стояли Драко и Джинни. Парень стоял так близко к девушке, а сама она смотрела на него слишком заинтересованным взглядом. Если бы она вообще ничего о них не знала, то могла бы подумать, что между ними что-то есть…

Да и вообще, какая ей разница? Она же сама сегодня сказала Драко, что у них должны быть исключительно рабочие отношения… Ей должно быть всё равно, даже если у него что-то и закрутится с этой молоденькой выскочкой.

Гермиона прикрыла глаза, отворачивая голову в сторону. Она сама не понимала, что это с ней и почему её так сильно потревожило то, насколько близко Драко стоял к Джинни, что его предплечье почти касалось её плеча. Вот же… Бред полнейший. Ей надо заняться делом.

👀👀👀 #ОнД

🌹🌹🤩🤩🤩🤩🤩
🌹🌹🤩🤩
🌹🌹🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩

Кабинет судмедэкспертов пах стерильностью и холодным металлом. Белый свет ламп безжалостно выхватывал каждую деталь: блестящие поверхности столов, стеклянные шкафы с инструментами, аккуратно разложенные протоколы. Воздух здесь будто не двигался. Даже голоса звучали глуше, словно пространство намеренно приглушало всё живое.

В этой тишине было что-то особенно тяжёлое — не гробовое, а рабочее. Резкий запах спиртового антисептика смешивался с едва уловимым органическим фоном, от которого невольно хотелось дышать реже. Стены казались слишком белыми, свет — слишком ровным. Здесь не кричали и не торопились. Здесь просто фиксировали то, что уже невозможно исправить.

В центре комнаты на столе лежало бледное тело, накрытое простынёй. Чуть дальше у стены стояли две девушки. Молодая рыжая пыталась дышать глубоко и долго не смотреть на стол, чувствуя, как густой ком подкатывает к горлу. Рядом с ней женщина с чёрными как ночь волосами, собранными в хвост, сложила руки на груди. Она чувствовала себя словно в своей среде, её ничего не смущало, а трупы давно не пугали. Она слишком давно работала в этой сфере, чтобы кошмарить новичков вскрытием тел.

— Ты нервничаешь, — язвительно заметила женщина.

— И ничего я не нервничаю, — нервно отмахнулась Джинни.

— Тогда подойди к телу, отбрось простыню и проведи осмотр. Я хочу увидеть, чему тебя научили в академии, — серьёзно произнесла та.

— Ладно, — выдохнула Уизли и, достав из кармана резинку, собрала волосы в низкий хвост, пропуская их через пальцы и успокаиваясь.

Она прошла к столу, сжимая и разжимая руки, пытаясь справиться с нервами. Она, конечно, уже видела трупы и проводила очень внимательные осмотры, но в этот раз это было словно что-то другое. То ли разница в том, что это реальное дело, то ли в том, насколько оно важное. Пусть её тело уже и осматривали до неё, и отчёт уже был готов, но всё же она хотела показать себя лучшим образом — перед Адой, перед Джеймсом и… перед Драко, чего уж тут таить. Она хотела, чтобы он отзывался о ней с той же теплотой и гордостью, как когда говорил об этой выскочке Грейнджер.

— Ну же, Уизли, я получила на тебя досье, и там написано, что ты очень перспективна и имеешь зоркий глаз. Так что покажи всю себя, и я попрошу оставить тебя в этой команде и после дела Джокера, — усмехаясь, произнесла Ада и подмигнула, подбадривая рыжую.

— Лааадно, — протянула Джинни.

Она отбросила простыню с тела девушки, позволяя себе хорошо рассмотреть её. Та была ещё такой молодой, но её жизнь закончилась, потому что один гадкий человек решил, что она не должна дальше жить. Он решил, что сам может решать и вершить судьбы людей. Чёртов урод.

— Приступим, — сказала Джинни, натягивая на руки перчатки.

Резина плотно обхватила пальцы. Она сделала глубокий вдох и наклонилась ближе.

Сначала — общее. Тело молодой девушки, лет восемнадцати. Кожа уже приобрела тусклый, восковой оттенок. На губах запеклась тонкая тёмная линия. Уизли осторожно повернула голову жертвы набок, осматривая шею и ключицы. Никаких странных следов удавки, синяков от пальцев — ничего. Чисто.

Потом она перевела взгляд ниже.

На груди, чуть выше солнечного сплетения, темнел аккуратный, почти геометрически ровный вырез в форме звезды. Пять лучей. Края раны были относительно ровными, без рваных заусенцев, словно человек, который это сделал, не торопился и не бил вслепую. Что в принципе и не удивительно: она смотрела вскрытия его прошлых жертв, и там всё было так же. Джокер делал всё с маниакальной чёткостью, не выдавая себя. Джинни слегка наклонила голову, рассматривая глубину и характер повреждений.

— Звезда нанесена посмертно, — тихо произнесла она. — Кровоподтёков почти нет. Резал уже после остановки сердца.

Ада молчала, лишь чуть приподняла бровь, наблюдая.

Джинни аккуратно приподняла плечо жертвы и заглянула под лопатку. Там, чуть левее позвоночника, темнел входной раневой канал.

— Основное повреждение здесь. Ножевое, один удар. Уверенный. Нож вошёл под углом… — она прищурилась, мысленно восстанавливая траекторию.

👀👀👀 #ОнД

🌹🌹🤩🤩🤩🤩🤩
🌹🌹🤩🤩
🌹🌹🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩

В машине царило густое напряжение. Оно было таким осязаемым, что казалось, его можно было потрогать руками. Гермиона сидела на пассажирском сидении, выпрямив спину, словно натянутая струна. У неё на коленях лежала толстая папка с разными бумагами и файлами, а некоторые из них она сжимала в руках до заломов, пробегая сосредоточенным взглядом по тексту. Она прокручивала в голове все прошлые дела Джокера и то, как он в итоге пропал десять лет назад, и пыталась понять, что заставило его снова начать убивать. Что способствовало пробуждению его голода до убийств? Неужто он рассчитывает, что сможет опять остаться безнаказанным?

— Нет уж, в этот раз у него ничего не выйдет, — пробубнила себе под нос Гермиона, на мгновение забывая, что не одна в машине.

Этим она привлекла к себе внимание парня, что сидел за рулём. Всё это время он молча держал руль обеими руками, иногда напрягаясь так, что его вены проступали под кожей. Он смотрел строго на дорогу, лишь иногда позволяя себе мимолётные взгляды на девушку, что сидела на соседнем сидении. Он видел её напряжение, видел, как сильно сжимаются её пальцы на бумаге, как напряжены её плечи и взгляд, в котором было слишком много эмоций, что ему не удавалось распознать и половины.

— Ты что-то сказала? — он обратился к девушке, теряя интерес к дороге и повернув к ней голову.

— Это я себе, не обращай внимания, — отмахнулась Гермиона, перекладывая бумаги у себя на коленях. — Нам ещё долго? — спросила она, поднимая голову к дороге.

— Около пятнадцати минут, ты сможешь просмотреть материалы дела ещё раз пять, — подколол её Драко, надеясь, что это поможет ей немного расслабиться. Он понимал важность, сложность и опасность этого дела, но ему совсем не нравилось, как это сказывалось на девушке.

— Не смешно, — серьёзно ответила она, поворачивая голову к нему. Она буквально видела демонёнков, что прыгали в его взгляде, но от этого хотелось только закатить глаза и выйти из машины.

Гермиона устало откинулась на спинку кресла, поднимая голову к потолку и тяжело вздыхая. Для неё Малфой всё ещё в какой-то степени был ребёнком, и ей совсем не нравилось то, как он к ней прицепился. Да, она повелась на него той ночью и не то чтобы сильно жалела. Ей действительно нужна была разрядка, и она её получила. Единственное, о чём она сожалела, — что это оказался сын её близкой подруги. Именно это и было проблемой.

По тому, как Драко себя вёл, она могла бы сказать, что мальчишка на неё и вправду запал. Только вот что это — просто симпатия, которая скоро пройдёт, потому что он ещё жизни не видел, или действительно что-то более серьёзное? Как это понять и нужно ли ей это? Нужно ли ей зацикливаться на ребёнке, который, вероятно, просто поиграется с игрушкой и выбросит? Точно нет… не после всего, что она уже пережила.

После развода с Роном она решила, что в ближайшее время не собирается заводить с кем-то отношения или влюбляться. Да и уж точно она не собирается заводить какие-то связи с сыном подруги. Её не волновала разница в возрасте, а скорее именно то, кем он являлся для неё: это было предательством подруги. А Нарциссой она дорожит и не хочет её потерять.

— Слушай, Драко, давай расставим всё точно над «і». Я не хочу, чтобы наша случайная связь стала проблемой в расследовании, — вздыхая, начала Гермиона, поворачивая голову к парню, который только что оторвал взгляд от дороги и удивлённо на неё уставился.

— Я пока не вижу никаких проблем, — серьёзно ответил Малфой, отмечая, что девушка стала словно ещё более напряжённой: она поджала губы и сжала руки в кулаки. — Мне это никак не мешает.

— Это тебе сейчас так кажется… и не перебивай меня, — чуть громче произнесла она, замечая, как он открыл рот, намереваясь что-то сказать.

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩

Продолжение в комментариях

👀👀👀 #ОнД

🎃🎃
🎃🎃 📋📋📋📋
🎃🎃

Вот и наши выходные, я уже сижу на паре и надеюсь, что смогу сесть редактировать части Джокера, чтобы принести вам их пораньше, но пока не уверена, что мне это позволят сделать😅

Надеюсь, что вы хорошо отдохнёте на этих выходных😘